Ева Жаринова говорит, что шить научилась раньше, чем писать. В детском саду она ходила в кружок шитья, потом продолжила в школе. Дома всегда была швейная машинка бабушки — портного и учителя труда. А вместе с ней много ткани.

Сейчас Еве 26 лет. Она конструктор одежды: строит лекала, то есть выкройки, работает с посадкой изделий. Осенью 2025 года на сцену вышли костюмы, которые она создала для ансамбля «Русская песня» Надежды Бабкиной. Девять косовороток, девять портов и пять вручную сплетенных поясов уже побывали на выступлениях коллектива, в том числе на одной сцене с Олегом Газмановым и Шаманом.

После школы Ева поступила в швейный техникум, а затем в Ивановский политех. Выбор был закономерным, ведь Иваново — текстильный центр России, а девушка уже точно знала, что хочет связать жизнь с одеждой.

— Мне всегда был интересен русский костюм. Наверное, это еще связано с тем, что я из семьи старообрядцев. Мне хотелось понимать, как формировалась эта одежда, почему она именно такая.

В университете она начала ездить в экспедиции по музеям малых городов Ивановской области. Вместе с другими студентами фотографировала одежду XIX-XX веков, зарисовывала интересные способы обработки, копировала чертежи и делала 3D-модели музейных предметов.

Так появилась интерактивная экспозиция «Хлопчатобумажный путь». В ней старинные костюмы можно рассматривать в трехмерном пространстве, а на интерактивных плакатах читать дополнительную информацию и смотреть видео. Еще один проект был связан с «Домом Ивановского беспечальника» — небольшим современным выставочным пространством о локальной культуре.

— Нам хотелось сделать такую выставку, где человек не просто смотрит на костюм за стеклом, а может его потрогать, рассмотреть, понять, как он устроен.

Миллион рублей на стартап

Опыт работы с исторической одеждой привел Еву к собственной разработке. Благодаря руководителю кафедры конструирования одежды Виктору Кузьмичеву она выиграла миллион рублей от Фонда содействия инновациям по программе «Студенческий стартап».

Ева стала руководителем проекта по оцифровке исторической одежды. Вместе с сотрудниками СПбГУПТД она создавала виртуальную выставку костюмов Надежды Ламановой.

Сама оцифровка начинается довольно просто: смартфон и специальное приложение позволяют быстро получить черновую модель. Потом ее нужно очистить от лишних полигонов и шумов, подписать и обработать. При хороших условиях готовая модель может быть сделана за один-два дня.

С музеями все сложнее. Тесные помещения, плохой свет приводят к ошибкам, и некоторые модели приходится переделывать. Но 3D-модель не заменяет настоящую одежду. Цифровая вещь твердая, а ткань мягкая. К тому же многие исторические материалы сегодня уже не производятся.

— Мне хотелось понять, как сделать так, чтобы эта одежда не осталась просто музейным экспонатом. Чтобы человек мог увидеть ее со всех сторон, рассмотреть детали, а специалист при необходимости смог восстановить конструкцию.

Поэтому одной визуальной копии недостаточно. Специалист должен понимать конструкцию одежды и уметь по цифровой форме построить выкройку. Ева сама сделала такую копию — накидку конца XIX века, которая, предположительно, принадлежала жене военного.

«Казачка Надя черта не боится»

Следующим большим проектом стала работа с ансамблем «Русская песня» Надежды Бабкиной. Весной Еве предложили участвовать в создании сценических костюмов. Художник ансамбля прислал эскизы, а Ева вместе с ним дорабатывала их с учетом своего опыта работы с исторической одеждой.

— Сама Надежды Бабкина — казачка. У нее даже есть песня, где она поет: «Казачка Надя черта не боится, и не боится в омут с головой…» — отметила Ева.

В итоге получилось девять косовороток, девять портов и пять поясов, сплетенных вручную. Костюмы возили на примерки в Москву, после которых Ева вносила изменения.

Вся работа заняла около двух с половиной месяцев. Параллельно девушка писала диплом и занималась логистикой материалов между Москвой, Ивановом и селом Холуем. Защита диплома у студентов проходила в форме модного показа.

— В день моей защиты в области полностью отключили интернет, и все зрители не отвлекались и смотрели на показ моей одежды, — вспомнила Ева.

Осенью 2025 года созданные ею костюмы вышли на сцену вместе с ансамблем. В них артисты выступали в том числе на одной сцене с Олегом Газмановым и Шаманом.

 «Казаки — это защитники границ России»

У Евы уже был опыт участия в проектах Академии «Меганом» арт-кластера «Таврида», поэтому летом 2026 года она приехала туда в третий раз. На этот раз тема школы была посвящена казачьему искусству.

— Для меня казачество представлялось какими-то грубыми шаблонами в виде коня, шашки в руке.

На площадке Всероссийского детского центра «Смена» в Анапе собрались 129 представителей творческих индустрий и сферы культуры из 39 регионов России. Среди участников были молодые представители казачества.

Ева расспрашивала их об одежде и традициях. Один из участников, руководитель казачьего ансамбля, рассказал ей о кубанке и других особенностях костюма.

— Это тот опыт, который я бы не получила на каких-то других мероприятиях или, может быть, просто в жизни, — говорит Ева.

Постепенно изменилось и ее представление о самом казачестве.

— Казаки — это защитники границ России, вольные люди со своей особой культурой.

В арт-школе дизайна участников разделили на команды. Одни создавали айдентику для казачьих спортивных игр, другие — эскизы патчей. Команде Евы досталась айдентика форума «Казачий кадровый резерв».

Задача была соединить образ будущего управленца и современный молодежный дизайн. За основу взяли булаву, символ казачества, а также печать атамана. Исторические символы перевели в формат трехмерной графики.

— Мне кажется, это хорошо. Человек увидит что-то современное, рассмотрит, что там какой-то символ заложен, спросит у того, на ком это увидел, и ему расскажут о том, что это символы казачества.